?

Log in

No account? Create an account
 
 
argonov
Хотя Complex Numbers возобновили деятельность и уже имеют новые треки, у меня долго не доходили руки обновить официальный сайт. Слишком многое надо на нём поменять - и дизайн по мелочи, и историю группы, и отображение контента. Но теперь я начал это дело и надеюсь до конца месяца закончить.

По ходу работ я погрузился в дела давно минувших дней, и хочу поделиться мыслями. Сказать по правде, история ранних CN для меня долго была болезненной темой. Сейчас это уже не так: либо время меня вылечило, либо что-то другое, но я стал относиться к этому нейтрально. И меня уже не столько поразило, сколько позабавило, что у меня о том периоде, оказывается, даже есть ложные воспоминания.

Оказывается, первые альбомы CN были готовы не в 2000 и 2002 годах, как писалось обычно, а в 2002 и 2003, соответственно. Но самое неприятное тут - психологические механизмы, из-за которых я всё неправильно запомнил.

До середины 2000-х годов в музыкальном творчестве у меня было ощущение ужасной неэффективности используемого времени. Другие люди выпускают по альбому в год. А CN появились в 1996 году, к 1998 насочиняли почти всю музыку на первый альбом - но затянули выпуск аж до 2002 года. Лишь в 1999 году мы нашли подходящую вокалистку, лишь в 2001 году смогли нормально организовать запись вокала в студии, и лишь в 2002 окончательно записали пять песен из первых двух альбомов.

В этом году CN исполнилось 20 лет, и это страшная цифра, которой едва ли стоит гордится, учитывая скромное число альбомов и ещё более скромное число качественно звучащих альбомов. Но реформируя сайт, я понял, что на деле группа гораздо младше. Для слушателя она началась не в 1996, а в 2002 году - когда в интернете появился первый готовый альбом. А 1996-2002 - это период "внутриутробного" развития, когда музыканты 6 лет "запрягали", но не ехали. А слушателю на это пофиг. Слушателю нужен материал.

Музыка для первого альбома была написана, грубо говоря, в 1996-1998 годах, а для второго - в 1998-2000. И получается, что я, стыдясь нашей тормознутости, сам себя убедил, что первые два альбома были готовы в 2000 и 2002 годах, подсознательно приблизив их возраст к "справедливым" величинам. И лишь сегодня я посмотрел объективные датировки и узнал, что цифры на самом деле - 2002 и 2003.

Так в чём же были наши ошибки? Почему мы были так медлительны? Не знаю, смогу ли я назвать их все. Но в некоторыми хочу  поделиться.

1. Ошибка номер один. Ориентация на физические носители

Решение о подготовке записи первого альбома мы приняли в 1997 году, и в ту пору ориентировались даже не на CD, а на кассету. Я лишь только начал пользоваться интернетом, mp3 не существовало вовсе, а скорости были таковы, что о чисто электронном распространении данных не шло и речи.

В 1998 году стали массово доступны записываемые CD-R, и это отрезвило нас по части кассет. Но CD оставался основной целью. Целью символической и великой. Нам всерьёз казалось, что выпустить CD - это даже важнее, чем раскрутиться. Примерно так порой мыслят  провинциальные научные работники: главное - опубликоваться в никому не нужном местечковом журнале, лишь бы поставить галочку: "очередная публикация".

Мы непропорционального много мыслей и времени уделяли CD, заранее искали каналы печати полиграфии, рисовали кучу эскизов (от которых до реальных обложек порой не осталось ни рожек ни ножек). А ещё мы расчитывали тайминг будущих альбомов, чтобы они хорошо влазили в 1 час или на полный CD-R. Хотя лучше было сделать треков меньше, но уделить им больше внимания. Какие треки я бы выкинул или сильно сократил - умолчу.

Апофеозом маразма стала запись "предварительной инструментальной редакции" нашего первого альбома на CD-R и несколько кассетах в октябре 1998 года. Чтобы доказать самим себе, что мы это можем.

Потом с вокалом мы таки разобрались, и в 2002-2003 годах музыкальный материал альбомов был готов. К тому времени на дворе была уже другая эпоха. Эпоха победивших mp3, о чём говорил и мой личный меломанский опыт: к этому времени для личного прослушивания я не покупал ни кассет, ни CD. В эти времена у нас уже был свой сайт (совсем олдфаги помнят - он хостился на narod.ru). И с него, пусть и по диалапу, люди потихонечку качали нашу музыку. Мы даже побеждали в некоторых рейтингах - например, сайта Дальневосточная музыка.

Тем более постыден факт: я с упорством осла продолжал работать над изданием физических носителей. Дизайнил обложку (это не только передняя сторона, но и развороты), договаривался с традиционной типографией на умеренно малый тираж, потерял кучу времени и нервов, потратил немалые для своей тогдашней зарплаты деньги (на довольно кривую печать). В 2004 году я с огромной радостью обнаружил в городе цифровой оффсет и шелкографию, и тогда всё пошло проще. Но толк оставался сомнительным.

Выяснилось, что в местных музыкальных магазинах наши диски не покупаются (даже при том, что я делал наружную рекламу!). Впрочем, часть дисков продавалась через интернет-магазины, и вложенные деньги я отбил, но цель была не в этом. Я потерял кучу времени, которую можно было посвятить производству музыкального материала, но вместо этого я зачем-то служил привычному идолу CD.

После этого мы и дальше выпускали альбомы на физических носителях, это было уже проще и по накатанной дорожке - но мой общий вердикт остаётся неизменным. Работа с ними крадёт время, которое лучше тратить на производство собственно контента. В значительной степени это относится и к альбомам Виктор Аргонов Project, но их побочным продуктом хотя бы стали очень красивые обложки и сами конечные продукты-дигипаки...

2. Ошибка номер два. Попытка параллельно тащить несколько проектов и альбомов.

Одна из вещей, которые человек должен научиться в жизни - реалистично оценивать свои силы. К сожалению, я долгое время этим качеством не отличался.

В конце 1999 года я решил писать оперу "2032". И изначально мы планировали писать её всей группой. Это должен был быть наш третий альбом.

  • При этом, у нас ещё не было выпущено ни одного альбома!

  • При этом, второй альбом не был готов даже по музыке!

  • При этом, у нас не было записано ни одной вокальной партии!

  • При этом, у нас вообще ещё не было утверждённых вокалистов (Наташу пока прослушивали и размышляли)!

Но мы с Ильёй с мечтательностью Манилова рассуждали, как классно, что скоро (!) у группы будет целых три альбома, причём третий - настоящая опера!

Естественно, никакой одновременной работы над этими направлениями не получилось. Направления конкурировали. В 2000 году мы дописывали музыку ко второму альбому и параллельно пытались дома записывать Наташу. К этому моменту мы уже поняли, что у неё замечательный голос, но время было всё равно потрачено зря: потом было решено всё переписывать в проф студии. Опера "2032" так и оставалась задумкой. В 2001 году маятник качнулся в противоположную сторону: я решил жёстко переориентироваться на "2032", написал для неё кучу музыки и забил на CN. Илья в силу творческих разногласий не стал работать над "2032", да и CN, фактически, покинул. В 2002 году я вернулся к CN, перезаписал с Наташей в студии все песни и доделал многострадальные альбомы.

Лишь в 2003 году мне удалось избавиться от неприятного чувства, что у меня куча замечательных проектов, из которых все еле движутся. С тех пор я старался не попадать в такие трясины. Конечно, у меня и после случались ситации, что надо заниматься несколькими делами одноврменно, но я более жёстко отодвигал одно из них в угол. Например, в 2008 году я разрешил себе совсем не думать о будущей "Русалочке", зато с середины 2009 полностью забил на CN. А с 2015 года занимаюсь только CN (в данный момент - только циклом).

3. Ошибка номер три. Попытка построить "группу равных"

В 1996-2000 годах у меня была иллюзия, что в правильной музыкальной группе должно быть равенство. Буквально во всём. Во вкладе в творчество, в весомости голосов и даже во времени, уделяемом творчеству. Я знал, что многие группы устроены не так, и в них есть "лидер". Но мне так не хотелось. Я до сих пор толком не понимаю, почему - но не хотелось искренне.

Эти идеи равенства были утопией. У всех людей разные мотивации к творчеству. У всех творчество занимает разную часть жизни. В конце концов, не всем приятно быть равными. Кто-то предпочитает выполнять поручения. Кто-то, наоборот, не видя в группе лидера, пытается стать лидером сам.

Впрочем, поначалу с идеей равенства соглашались все. Все мы были утопистами. Мы придумали главное формальное правило: каждый должен для первого альбома написать примерно одинаковое число треков. В идеале - три. Тогда нас было четверо, и, значит, в сумме - 12 треков. По современным меркам - неразумно большое число, но мы же хотели - ололо - оптимально уместиться в CD.

Кто-то опережал, а кого-то приходилось ждать. Но это не было большой проблемой. Были даже моменты, когда опережающие помогали отстающим, откладывая в сторону собственное творчество. Некоторые треки, подписанные одним автором - на самом деле, продукт коллективного творчества. И неплохого.

Но случалось и обратное, и из тех же идеалистических соображений. У меня были серьёзные проблемы с пониманием мотивации других людей. Например, был случай, когда я легко мог доделать работу другого человека, но хотел, чтобы он сделал это сам: просто чтобы не принижать его равенство (!). Чтобы не создавать у него ощущения ненужности. А потом я узнал из третьих уст, что этот человек совершенно не хотел от меня такой "благотворительности" и за глаза материт, что "он мне давно показал, как надо делать, а я почему-то ЗАСТАВЛЯЮ его делать это самого". Я ошибся дважды:

1. Я ошибся, считая, что в группе у каждого есть своя очевидно очерченная работа
2. Я ошибся, считая, что все полагают бесплатное выполнение этой работы за честь

Это был для меня сильный жизненный урок, и впоследствие я многократно видел вокруг себя людей (в неформальных клубах, на работе, в творческих проектах), которые мыслят точно так, как я тогда. Не понимая, что не все вокруг считают ту или иную работу главной в своей жизни, а тем более почётной.

Впрочем, это лишь технические, рабочие неурядицы. Группа может пройти их и научиться фукнционировать правильно. Но где-то с 1999 года у нас начались куда более серьёзные неприятности, известные в мировой культуре как "творческие разногласия".

Началось с относительно мягких разногласий чисто по музыке. Стало ясно, что не все треки одних членов группы нравятся другим. Случались, например, такие диалоги:

А. Зачем этот человек в группе? Он не вписывается в неё, его музыка не похожа на мою и твою.
B. Да, мы с тобой более похожи. Но ты давно ничего путного не пишешь, как бы ни был похож на меня. А он хотя бы пишет.

Но и это было терпимо: наличие или отсутствие в альбоме одной спорной инструменталки - не  Бог весть какая проблема.

А потом начались куда более жёсткие споры по текстам. Песен с текстами у нас тогда было совсем мало, и они куда важнее для имиджа группы. Тексты первого альбома были приняты всеми довольно гладко. А во втором начались трудности. Некоторые тексты (не скажу, мои или чьи ещё) после бурных дебатов не были пропущены в альбом. Один мой текст - "Неизбежность" - был тоже жёстко раскритикован. Кое-кто высказался, что это вообще не та тема, которая кому-то нужна в музыке. Мне с трудом удалось отстоять его, но на некоторое время я искренне допустил, что песня действительно не очень правильная, и я проталкиваю её просто силой (сейчас это наша самая известная песня, и сам факт того обсуждения восхитительно демонстрирует уровень нашего тогдашнего понимания, что реально слушателю нужно, а что нет).

Потом начались проблемы по звучанию. К 2000 году сложилось так, что при всём "паритете" авторов окончательный звук шёл через меня, я всё приводил к единым стандартам. Один из участников группы всегда относился к этому настороженно, но взамен предлагал ещё менее качественный подход (например, ему казалось, что я делаю слишком много верхних частот, тарелок).

В сухом остатке, к моменту готовности первых альбомов группа из коллективного шанса высказаться превратилась в коллективный худсовет, где одни участники решали, какой материал других "не пущать". И понятно, почему в том формате продолжать работу она не могла. И возможно, что даже те два альбома удалось доделать только потому, что часть участников к этому времени устала спорить и забила.

Сейчас я пришёл к выводу, что успешный проект должен быть либо строго лидерским, либо со строгим разделением труда. Есть несколько лидеров с решающим голосом в своей  области вопросов. Например, один человек пишет мелодии и тексты, и никто не может это запретить. А другой человек делает финальный звук, и не слушает даже возражений автора. Это хорошее, здравое сотрудничество. Так, например, у меня было с Андреем Климковским, когда я брал у него готовые мелодии полностью "на съедение" (что и делаю сейчас в рамках нового цикла). Также было в ремиксах DIP Project - Там за чертой (за небольшими оговорками) и Tycoos - Время придёт, где мой материал был взят и переделан по своему. Эти ремиксы могут кому-то не нравиться, но такое сотрудничество очень удобно, оно не плодит "перетягиваний канатов". Не нравится - ищи другого ремиксера, а не требуй работать неискренне.
 
 
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.