Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Метапост

kazach_bw_smallПривет всем. Меня зовут Виктор Аргонов, я музыкант и учёный из города Владивостока. Этот пост находится вверху, а новые посты появляются ниже.  В этом посте вы можете ознакомиться с основными направлениями моей деятельности, доступными без профессиональной подготовки (я пока не даю ссылок на  работы по теоретической физике, но возможно вскоре это исправлю).

Музыкальное творчествоФилософское творчество (крупные статьи, в том числе, в акадмической печати)Публицистическое творчество (избранные статьи и заметки в блоге)Общение со мной в интернетеПоддержать творчество

Яндекс-деньги 41001159842314, PayPal argonov@list.ru, Qiwi 7 902 4826592
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Введение в гедонистический трансгуманизм (ГТГ, HH+)

Документ ещё будет дорабатываться, поэтому здесь публикую лишь текущее содержание и первую часть, а все части (возможно, помимо нынешних двух будут и другие) читаем здесь https://docs.google.com/document/d/12cK4sW9j7xWeiiXXPvTTQrxcMw-_u0I2Jc5nYDDsV9o/edit.

Содержание

1. Гедонистический трансгуманизм как мировоззрение

1.1. Определение гедонистического трансгуманизма

1.2. Отношение гедонистического трансгуманизма и прочих видов трансгуманизма


1.2.1. Определение трансгуманизма
1.2.2. Спорные вопросы трансгуманизма
1.2.3. Позиция гедонистического трансгуманизма

1.3. Отношение гедонистического трансгуманизма и прочих видов утилитаризма и гедонизма

1.3.1. Определения гедонизма и утилитаризма
1.3.2. Спорные вопросы гедонизма и утилитаризма
1.3.3. Позиция гедонистического трансгуманизма

1.4. О причинах выбора термина “гедонистический трансгуманизм”

1.5. Спорные фундаментальные вопросы гедонистического трансгуманизма


1.5.1. Утилитаризм vs эгоистический гедонизм. Круг существ, которые в принципе заслуживают морального отношения
1.5.2. Допустимость негативного утилитаризма
1.5.3. Отождествление счастья и удовольствия, эвдемонизма и гедонизма
1.5.4. Отношение к религиям и нематериалистическим философиям

2. Приоритетные задачи научно-технического и социального развития с точки зрения гедонистического трансгуманизма

2.1. Радикальное продление жизни человека и борьба с болезнями

2.2. Исследование механизмов удовольствия и разработка новых методов искусственного управления психикой


2.2.1. Поиск нейрокоррелята удовольствия
2.2.2. Разработка новых психотропных препаратов и иных технологий, повышающих счастье без вредных последствий для здоровья и трудоспособности
2.2.3. Разработка новых методик искусственного программирования потребностей

2.3. Борьба с жестокостью в современном обществе

2.3.1. Пропаганда утилитаризма и борьба с моральными системами, допускающими иррациональные жестокие мотивации
2.3.2. Разработка медикаментозных методов подавления агрессии.
2.3.3. Радикальное упрощение и гуманизация уголовного права
2.3.4. Антивоенная пропаганда

2.4. Спорные практические вопросы гедонистического трансгуманизма

2.4.1. Степень разумного альтруизма в современных условиях. Вопрос зоозащиты
2.4.2. Отношение к современным психоактивным веществам


1. Гедонистический трансгуманизм как мировоззрение

1.1. Определение гедонистического трансгуманизма


Гедонистический трансгуманизм (ГТГ, HH+, hh+) – это мировоззренческая концепция, которая выступает за радикальное изменение человеческой природы (совпадая в этом вопросе с трансгуманизмом) и видит основной целью этого изменения построение общества всеобщего счастья (совпадая в этом вопросе с утилитаризмом и основываясь на ценностях гедонизма).

С точки зрения ГТГ, предельной целью нашего существования является максимизация счастья в течение неограниченного времени. Для достижения этой цели этого могут использоваться любые методы.

Здесь и далее, кроме раздела 1.5.3, понятия удовольствия, счастья и качества жизни используются как синонимы. Аналогично, синонимами считаются гедонизм (идея максимизации удовольствия) и эвдемонизм (идея максимизации счастья). Страдание же рассматривается как отрицательное удовольствие. Словосочетание “максимизация удовольствия” включает в себя минимизацию страдания. Такой выбор терминов оспаривается некоторыми приверженцами ГТГ (см. разделы 1.5.2 и 1.5.3), но в данном обзоре используется для простоты.

1.2. Отношение гедонистического трансгуманизма и прочих видов трансгуманизма

Collapse )

2. Приоритетные задачи научно-технического и социального развития с точки зрения гедонистического трансгуманизма

читаем тут https://docs.google.com/document/d/12cK4sW9j7xWeiiXXPvTTQrxcMw-_u0I2Jc5nYDDsV9o/edit

Несостоятельность эволюционного аргумента против гедонизма

Один из самых частых академических (не обывательских) аргументов против гедонизма состоит в том, что удовольствие - всего лишь продукт биологической эволюции. Следовательно, и легко представить иные механизмы управления сложными системами. Скорее всего, на Земле есть древние организмы, у которых нет чувства удовольствия, но они как-то выживают. Просто мотивация через удовольствие (систему кнута и пряника) в ходе эволюции оказалось более удачным изобретением.

Если этот аргумент выдвигается трансгуманистом, то к нему обычно добавляется: раз нам незачем тащить в будущее весь эволюционный багаж, то и эмоции, и управление через удовольствие брать тоже не обязательно. Удовольствие - не фундаментальная ценность и цель, а лишь временный инструмент эволюции.

Раньше я на этот аргумент отвечал, что сомневаюсь в исходном посыле - что удовольствие "всего лишь продукт биологической эволюции". На мой взгляд, удовольствие - это не просто биолоическая "надстройка", а какой-то глубинный физический механизм. Может быть, термодинамический, электрический, квантовый. Да и само сознание, на мой взгляд, - тоже не продукт биологической эволюции. Продуктом биологической эволюции является сложное разумное поведение, но зачатки сознания, возможно, существуют и в неживой материи. И сколько ни переключай нейронные цепи, можно поменять собственно биологические потребности (например, половые предпочтения), но не само стремление к удовольствию.

Я так считаю и сейчас, но сегодня я внезапно понял, что это слишком избыточный и риторически плохой контраргумент. Ведь из него как будто бы следует, что гедонизм возможен только в панпсихизме (крайней форме материализма, наделяющей хотя бы примитивными ощущениями вообще всю материю). Хотя панпсихизм в истории философии - вполне респектабельная доктрина, которой придерживались французские материалисты-просвещенцы, и которая сейчас на Западе вновь набирает популярность (в частности, с подачи Чалмерса), в России его по-прежнему считают фричеством. Обычный же эмерджентный материализм XX века, считающий сознание продуктом эволюции мозга, моим контраргументом не рассматривается.

Но самом на деле эволюционный антигедонистический аргумент плох даже в эмерджентном материализме. И даже в чисто биологическом шовинизме (согласно которому сознание - не только продукт биологической эволюции, но и исключительная прерогатива биологических систем, невозможная ни на полупроводниках, ни иных "неживых" системах).

Прежде всего необходимо понять простую вещь. Удовольствие - это субъективное чувство, и говорить о нём корректно только применительно к сознательным существам. Гедонизм не говорит, что все существа во вселенной подчиняются принципу удовольствия. Он лишь говорит, что ему подчиняется волевое поведение сознательных существ. Сознательных - не в смысле "разумных", а в смысле "обладающих чувствами".

Предположим, что эволюционист-антигедонист прав в своём исходном посыле: удовольствие возникло в результате биологической эволюции. А до этого животные управлялись автоматическим рефлексом "стимул - реакция" или какими-то иными механизмами. Но как из этого следует несостоятельность гедонизма? Ведь гедонизм говорит только о поведении сознательных организмов. Как правило, мои оппоненты являются сторонниками эволюционной гипотезы возникновения сознания (эмерджентный материализм). То есть считают, что до появления определённых групп животных сознания просто не было. Во Вселенной попросту не было наблюдателей. Логично, если до этого момента не было и мотивационных механизмов на базе удовольствия. Но это никак не опровергает гедонизм. Ибо вполне реально, что удовольствие и сознание (равно как и другие фундаментальные чувства, такие как чувство времени) возникли одновременно. Лишить биологический организм чувства удовольствия или чувства времени может быть и можно, но может ли он при этом остаться сознательным? Никто не знает ответа. А потому и аргумент "удовольствие - лишь биологический механизм, от которого постчеловеку легко отказаться" выглядит шапкозакидательским.

Ну а если эволюционист неправ в исходном посыле, и удовольствие основано на более фундаментальных физических основаниях, существовавших до появления высших животных - то, тем более, его аргумент несостоятелен.

Кстати, всех гедонистов (да и просто интересующихся, включая оппонентов) приглашаю вступить в группу https://vk.com/hedotranshuman или просто проголосовать в тематических опросах на стене, касающихся вопросов от природы сознания до сексуального поведения.

Авторы фото - http://www.deviantart.com/newest/?section=&global=1&q=mechtaniya

Что является истиной с позиции гедонизма и утилитаризма

Что является истиной с позиции гедонизма и утилитаризма

Виктор Аргонов, Елена Смирнова

Аннотация

В статье обосновывается утилитарно-гедонистический подход к оценке истинности теорий и мировоззрений. Анализируя закономерности человеческого познания, мы приходим к выводу, что оптимальным критерием истинности любой теории следует считать не просто её способность решать практические задачи (прагматический критерий истинности), а её способность максимизировать уровень счастья сознательных организмов (утилитарный критерий истинности). Такой критерий особенно полезен для оценки состоятельности не отдельных конкретнонаучных теорий, а целых мировоззренческих систем, так и как позволяет строго анализировать в них не только этически нейтральные вопросы мироустройства (юмовское "is"), но и ценностно-этические вопросы (юмовское "ought"). Мы предполагаем, что аксиологию стоит считать более фундаментальной областью философии, чем гносеологию. Всё мировоззрение и язык строятся нами с целью максимизировать удовольствие. Понятия "истины", "существования", "реальности" - лишь наши инструменты для утилитарно-гедонистической оптимизации деятельности.

Статья опубликована в ЖЖ 29 марта 2017 года, существенно отредактирована (добавлены разделы 1.4 и 3, уменьшен раздел 1.3) 12 апреля 2017.

Предисловие от Виктора Аргонова

В электронной опере "Мы, XXII век" (группы Complex Numbers) обсуждаются сложные философские вопросы, не понятные для многих слушателей без дополнительного прозаического разъяснения. Один из самых неоднозначных моментов - концовка четвртой части оперы "Ты в мире один". А именно, следующие слова.

Просто другим стал общественный строй,
Сдвинулось в нём представленье об истине:
Истина здесь - инструмент прикладной,
Служит нам, а не схоластике мысленной

В этих строках подразумевается, что в показанном фантастическом обществе истина стала лишь инструментальной ценностью для получения всеобщего счастья. Цель наук теперь как будто уже не поиск истины, а просто ублажение граждан. Некоторые слушатели восприняли это совсем вульгарно: "никакой науки больше нет, а всё, что нам нравится - то и истинно". Некоторые увидели здесь банальное манипулирование понятием истины в стиле антиутопий типа "1984". Ещё часть слушателей хотя и согласны, что наука должна служить практическим целям, но не считают это поводом переопределять истину и отождествлять её с утилитарной (гедонистической) успешностью. И даже независимо от своего морального отношения, многие слушатели восприняли описанную ситуацию как фантастическое допущение о будущем, которое сегодня не актуально.

Но на деле описанное гедонистическое отношение к истине придумано не мной и уже известно в философии. Оно является закономерным выводом из таких доктрин как эмпиризм, прагматизм и гедонизм/утилитаризм, просто в большинстве современных ситуаций людям не приходится об этом думать. В каком-то смысле, мы уже стихийно живём в гносеологии мира "XXII", хотя и не знаем об этом.

Именно этому посвящена эта небольшая статья. Она не претендует на академическую строгость, не имеет списка литературы и вообще предназначена в первую очередь для читателей этого ЖЖ. Тем не менее, мы (авторы статьи), считаем, что она может быть полезной для популярного разъяснения этого  тонкого вопроса.

1. Как мы познаём мир: точка зрения эмпиризма и гедонизма

1.1 Что такое эмпиризм

Эмпиризм есть доктрина, что любое познание начинается чувственного опыта. Если сказать точнее - с субъективных феноменов, с содержимого нашего сознания. Ощущений, эмоций, мыслей, волевых актов и т. д. Мы воспринимаем материальный мир не напрямую, а через ощущения. Лишь на их основе мы делаем выводы о мироустройстве.

Эмпиризм был впервые, насколько нам известно, выдвинут греком Протагором, а в Новое время особенно развит Локком (на картине), Беркли, Юмом и позитивистами. Рационалисты Нового времени, такие как Декарт, хотя и часто противопоставляются эмпирикам, на деле тоже не были чужды этих идей. Когда Декарт говорил, что единственное, в чём нельзя сомневаться - это собственное существование - он по сути изложил центральную идею эмпиризма. Сегодня подавляющее большинство философов разделяют эмпиризм, и почти никто не считает, что мы воспринимаем внешний мир напрямую. Независимо от того, считать ли материю или сознание онтологически первичными, гносеологически сознание, очевидно, первично.

1.2 Что такое гедонизм и утилитаризм

О гедонизме и утилитаризме много писалось в этом ЖЖ, но для самосогласованности статьи стоит повторить основные положения снова.

Гедонизм есть доктрина, что любое волевое поведение существа происходит с целью максимизации его удовольствия (или счастья, которое считается синонимом) - и, соответственно, минимизации страдания. В зависимости от интеллекта, существо способно максимизировать только текущий уровень удовольствия, либо также его будущие уровни (максимизируя интегральное удовольствие за время, доступное для прогнозирования и планирования). С точки зрения гедонизма, удовольствие (счастье) является единственной возможной ценностью.

Утилитаризм есть доктрина, что правильное этическое поведение состоит в максимизации интегрального удовольствия всех сознательных (чувствующих) существ на максимальное время. Отличие утилитаризма от гедонизма состоит в том, что утилитаризм есть этическая концепция, которая требует от сознательных существ определённого поведения по отношению друг к другу, тогда как гедонизм - это чисто ценностная (аксиологическая) концепция, в рамках которой поведение может быть и чисто эгоистическим.

Основателем гедонизма считается грек Аристипп, а наиболее известным и последовательным гедонистом и основателем утилитаризма - англичанин Бентам (на картине). Фактически, гедонизм и утилитаризм являются, соответственно, аксиологической и этической разновидностями эмпиризма. Но, в отличие от эмпиризма как такового, они по сей день не являются общепринятыми, и по их поводу продолжается дискуссия. О проблемах научной проверки гедонизма можно прочитать в статье [Argonov // J Evol Tech, 2014], здесь же мы не будем вдаваться в эти подробности, используя гедонизм и утилитаризм просто как постулаты.

1.3 Материальный мир как теоретическая реальность, познаваемая ради удовольствия

Даже то существо, которое ничего не знает о материальном мире, уже напрямую знает о существовании, например, красного и зелёного цветов, а также о существовании приятных и неприятных ощущений. Оно может изучать их, классифицировать, выискивать между ними кореляции, и даже строить теорию их возникновения в терминах внешнего трёхмерного пространства и объективной реальности. В целом, эта возможность упоминалась уже у Юма, активно популяризировалась Махом и Авенариусом, а мы детально разбирали её в статье [Аргонов, Смирнова, 2013]. Даже то существо, которое изначально является стихийным солипсистом, в процессе эмпирического познания может признать наличие внешней материи как теоретической реальности, удобной для описания собственных ощущений.

На самом раннем этапе познания, когда ребёнок выделяет первые объекты окружающего мира - родителей, мебель, еду - познание, вероятно, происходит почти без участия субъективной воли. Подсознание, пользуясь врождёнными алгоритмами, распознаёт базовые образы и даёт в сознание ребёнка готовые представления.

Затем на сцену выходит исследовательский инстинкт. Ребёнок начинает получать удовольствие от более сложных действий, направленных на более полное познание среды. Он осматривает, ощупывает мир, пробует на вкус, даже пытается ломать предметы. И смотрит, что получается в результате. Современная наука не имеет возможности измерять удовольствие, но по косвенным данным, скорее всего, ему это нравится. Он получает удовольствие от самого процесса. Можно сказать, что у ребёнка в сознании есть пульт с кучей кнопок, и ему нравится нажимать все подряд, изучая простейшие причинно-следственные связи. Так формируется знание о простейших теоретических истинах: "сделал то-то, будет то-то".

Вскоре оказывается, что нажатие не всех кнопок одинаково приятно. Есть кнопки, которые вызывают неприятные ощущения. А ещё есть специальные последовательности нажатия кнопок, которые дают более сильные результаты, чем случайная долбёжка. Например, если в определённой последовательности подать сигналы некоторым мышцам, то можно получить очень приятные вкусовые ощущения (взял еду и засунул в рот). Теперь ребёнку серьёзно требуется интеллект: чем его больше, тем более сложные последовательности можно запомнить и воспроизвести. И тем более привлекательных целей можно достигать.

Для решения самых сложных задач становится полезной социальная кооперация. С появлением речи дети понимают, что ряд задач можно решить с помощью коммуникации с родителями. Например, вместо того, чтобы безуспешно пытаться достать выключатель, можно попросить бабушку включить свет. Или попросить маму достать с высокой полки конфету. Отныне истина становится вопросом вербальным и интерсубъективным. И теперь можно вести дискуссию относительно истинности или ошибочности того или иного теоретического утверждения. Например, ребёнку показалось, что на верхней полке лежит конфета. Но родители отвечают, что никакой конфеты там нет. Иными словами, предполагаемые ребёнком "последовательности кнопок", которые должны "нажать родители", не приведут к нужному результату. Его теория реальности содержит ошибку: он неверно интерпретировал нечто как конфету. Либо родители его обманывают, сами предлагая ошибочную теорию взамен его правильной, но непроверяемой личными усилиями.

1.4 Слова "истина" и "существование" как инструменты на службе у счастья и удовольствия

Как бы то ни было, с точки зрения гедонизма единственным мотиватором волевой познавательной деятельности является максимизация удовольствия. Познание не самоценно, оно нужно для удовлетворения потребностей. И не просто потребностей, а одной фундаментальной потребности - потребности максимизировать удовольствие/счастье. По этой причине, возможно, аксиологию стоит считать более фундаментальной областью философии, чем гносеологию. Всё мировоззрение и весь язык, включая понятие истины, строятся нами с целью максимизировать удовольствие. Не только понятие истины, но и понятия "существования", "реальности", а в особенности "существования на самом деле" - лишь инструменты для утилитарно-гедонистической оптимизации деятельности.

2. Эволюция критериев истинности

Collapse )

Что на самом деле утверждает гедонизм, и как понять, гедонист ли вы

В 2008 году у меня состоялся спор с председателем Российского трансгуманистического движения Данилой Медведевым о гедонизме. Важно, что Данила не говорил, что гедонизм неверен, а говорил, что он (даже психологический, не говоря об этическом) научно непроверяем и ничего осмысленного не утверждает. Я загрузился этим вопросом и написал в качестве ответа целую статью, которая сейчас опубликована в главном ТГ-журнале J. Evolution & Technology (http://jetpress.org/v24/argonov.htm). Но кроме неё я выработал и очень краткий ответ на обвинения гедонизма в бессодержательности. Имхо, весьма полезный и легко расставляющий точки над i тем, кто мало знако с темой.

Сначала напомним, почему гедонизм иногда обвиняют в бессодержательности.

Если сказать, что все сознательные существа стремятся к удовольствию, то возникает проблема с определением понятия "удовольствие". Если удовольствие определить объективно (и бихевиористически) как "состояние, к которому стремится любое существо при сознательном поведении", то мы получаем тавтологию: гедонизм оказывается верен по определению. А значит, ненаучен. А если удовольствие определить субъективно как некоторую характеристику психического состояния, которая определяет её желаемость для сознательного организма - то это ближе к истине, но здесь множество субъективной терминологии, относительно которой трудно выработать консенсус (и которая пока не измеряется приборами напрямую).

Долго думая над научной ценностью гедонизма, я пришёл к выводу, что он действительно не очень полезен, если мы просто описываем биологических существ как они есть. Подлинную важность он обретает только в контексте будущей трансформации сознательных существ, их выхода за природные ограничения. Или, конкретно - в рамках моей концепции программирования потребностей (статья 2008 года из журнала Вопросы философии).

Гедонизм утверждает, что у любого сознательного существа есть одна фундаментальная потребность, которую нельзя перепрограммировать никакой модификацией мозга (или иной мыслящей структуры).

А называть эту потребность удовольствием, счастьем, удовлетворённостью, наградой, просто ценностью или чем-то ещё - вопрос отдельной дискуссии.



Соответственно, каждый человек, более-менее понимающий идеи трансгуманизма, но не считающий себя гедонистом, может легко в первом приближении проверить, не гедонист ли он на самом деле.

Предположим что вы уверены, что вы не являетесь гедонистом и имеете одну или несколько независимых целей поведения, не являющиеся удовольствием. Вы считаете, что они важнее удовольствия.

  • Сначала задайте себе вопрос: можно ли тем или иным вмешательством в мозг заменить эти цели на другие, и вы уже их будете считать самоценными? И не только считать (мало ли что можно внушить), но и реально стремиться только к ним?

  • Если ответ будет положительным, то задайте второй вопрос: может быть, за этими целями стоит какая-то более фундаментальная цель, которую перепрограммировать нельзя?

С точки зрения большинства последовательных негедонистов, удовольствие - это что-то типа биологического инстинкта. Который, как и любую биопрограмму, можно перепрограммировать. И потому постчеловеком или ИИ может двигать не стремление к удовольствию, а что-то другое. И возможно, никакой почвы под ногами у нас вообще нет - психику можно перепрограммировать как угодно. С точки зрения же гедониста, мотивационный фундамент един для всех чувствующих тел, и его нельзя перепрограммировать. Он лежит в основе самой природы сознательной материи.

Кто хочет разменять одно большое Счастье на медяки

Придумался афоризм.

Многие противники гедонизма (утилитаризма, эвдемонизма) говорят, что гедонизм вульгаризует человека, "кастрирует" его до примитивного стремления к одной потребности (удовольствию или счастью). Что на самом деле психика многогранна, состоит из множества независимых стимулов. Потребность в еде, сексе, безопасности, потреблении товаров, романтической любви, социальном и творчестком самоутверждении (см. пирамиду Маслоу). А ещё есть "духовные" и "низменные" потребности, альтруистичные и эгоистичные, человеческие и животные, и вместе им - не по пути. Нельзя променять любовь на контейнер хлеба. Нельзя бросить творчество ради зарабатывания денег на Лексус. Нельзя и бенравственно сводить всё это под одну гребёнку. Человек - как "Россия, которую аршином общим не измерить".



А я отвечу так. Геднизм (утилитаризм, эвдемонизм) ищет единую основу во всём этом многообразии. Единую потребность, которую не сломить, не перепрограммированить никакой модификацией мозга и никакими наркотиками. Потребность, которая едина для всех существ во Вселенной. Потребность в счастье. Сколько бы не кричали моралисты, творчество можно в некоторых случаях променять на дорогую машину. И даже любовь можно предать ради банальной экономической обеспеченности. Нравственно или нет, но физически можно. Но противник гедонизма хочет пойти дальше.

Противник гедонизма пытается "разменять" одно большое фундаментальное Счастье - на "медяки".

Каковыми являются все эти еды, сексы, дорогие машины, и даже самые "высокие" творческие самоутверждения.

Он хочет верхушкой пирамиды Маслоу прикрыть всю её остальную часть, будто её нет, или она не нужна или безнравственна. Тогда как на самом деле есть, в первую очередь, пирамида как целое. И лишь наше высокомерие делит её на части. Довольно произвольно и противоречиво у многих авторов.

Как гедонизм объясняет несовершенство мира

С точки зрения утилитаризма/гедонизма предельно просто решается одна фундаментальная проблема, которая трудна для других этических учений.

Почему мир несовершенен?

Если он кем-то создан, то почему могущественный Создатель не создал его совершенным? А если он существует просто так, то почему его потенциальная естественная красота (которую можно помыслить) замусорена несовершенством?

Но чтобы попытаться ответить на этот вопрос, надо сначала понять, что такое совершенный мир и чем наш мир отличается от мира совершенного. Уже на этот моменте многие этически учения стопорятся. Но ответ утилитаризма прост:

Совершенный мир - это мир, где все чувствующие существа абсолютно счастливы.

То есть, предположительно, испытывают шульгинское состояние "++++". Состояние, в котором нечего менять. В котором всё так прекрасно, что любое изменение лишь ухудшило бы картину. Сделало бы всех менее счастливыми.

Реальный мир не таков. Люди (да и, скорее всего, другие животные) в нём почти никогда не испытывают абсолютное счастье. Кроме того, в нём полно и вовсе откровенного страдания (отрицательного счастья и удовольствия). Почему? Зачем такая несправедливость? Почему такое усложнение? Гедонизм легко объясняет это с помощью антропного принципа.

Если бы мир был абсолютно счастлив, то в нём не нужна была бы никакая волевая деятельность. Ведь волевая деятельность (а если верен панпсихиз - вообще любая деятельность) есть бег материи от страдания и стремление её к благу. И в нём не могли бы существовать люди, которые задают такие вопросы.

Совершенный мир был бы точкой, к которой нечего добавить. Примерно так описывал Достоевский свои предэпилептические "экстатические ауры". Совершенный мир был бы не просто проще нашего, он был бы элементарен. Быть может, в будущем мир станет таким, но пока что он не может быть таким просто исходя из факта существования в нём дискуссий о счастье и ценностях.

Можно ли опытно проверить существование материи? Временная локальность как ключ к её научному опреде

Эта статья имеет давнюю и непростую историю. В предварительном варианте она была готова ещё в 2009 году и даже выкладывалась здесь, но потом отложена, затем существенно доработана в 2013 году и опять подзаброшена. Там поменялось многое: убраны боковые ветви рассуждений, сделан более понятным стиль изложения, добавлен новый раздел (подробно с рисунками объясняющий понятие временной локальности), изменён заголовок и даже поменялось имя соавтора (она решила отказаться от использования псевдонима). Но у меня так и не дошли руки опубликовать эту статью в нормальном журнале. Возможно, я это сделаю в ближайшее время, но текст достойный, и мне надоело, что он пылится. Пусть он в обновлённом варианте будет хотя бы в интернете

Можно ли опытно проверить существование материи? Временная локальность как ключ к её научному определению

Виктор Аргонов, Елена Смирнова

Аннотация

В философии распространена точка зрения, что существование материи эмпирически непроверяемо и является предметом веры. Мы приводим аргументы против этой точки зрения и предлагаем эмпирическое определение материи на основе понятия временной локальности. Мы показываем, как познающий субъект (даже если он изначально является солипсистом) на основе одного только субъективного опыта может сделать предположение о существовании материи (как объективной реальности, не сводимой к его ощущениям) и даже проверить его. Анализируя субъективный опыт, нетрудно заключить, что сознание отдельного наблюдателя не обладает временной локальностью. Но из общих соображений известно, что временная нелокальность системы может быть вызвана её взаимодействием с каким-то внешним окружением. При этом, полная система (нелокальная система + окружение) может быть локальной и подчиняться простым познаваемым законам. Обнаружить такие законы – значит, прагматически доказать существование внешнего мира (по отношению к исследуемой нелокальной системе). Мы утверждаем, что сам факт знания нами физических законов (описывающих даже те явления, которые мы не воспринимаем напрямую через органы чувств) и возможность их успешного использования в практической деятельности - уже доказательство существования материи вне нашего сознания. Мы выдвигаем гипотезу, что именно опыт использования случайно “угаданных” физических законов привёл в процессе эволюции к формированию у животных представления о материи и трёхмерном пространстве. Впоследствие такое представление закрепилось как очевидная онтологическая данность, но изначально оно было следствием опыта

Подпись к рисунку

Временная нелокальность открытых систем. Если нашему наблюдению доступна лишь неполная (серая) часть локальных во времени систем, то их динамика кажется нелокальной (поясняется в разделе 3)

1. Введение

Проблема существования материи (объективной реальности) занимает одно из центральных мест в философии. В обыденной жизни мы мыслим в материальной терминологии, но материя ощущается нами не непосредственно, а через органы чувств, представая в сознании в виде субъективных ощущений. Между субъективным ощущением и материальным объектом, который его вызвал, есть большая разница. Изображению, полученному с помощью глаза, нужно пройти сложную цепь информационных процессов, прежде чем на его основе будет сформирована пространственная модель объекта (Марр 1987). Мы учимся распознавать образы в глубоком детстве, но непосредственно нами переживается факт существования лишь субъективных образов, а о материи мы судим теоретически.

Разные философские системы имеют разный взгляд на существование и природу материи. С точки зрения объективного идеализма и некоторых материалистических учений, она существует в том же смысле, в котором и сам наблюдатель (Kant). Она “вещь в себе”, и существовала бы, даже если бы наблюдатели исчезли. Эмпиризм и, в особенности, позитивизм, отвергают это и считают реальными лишь те явления, о которых можно судить с помощью ощущений (Mach, Avenarius). Обе позиции смыкаются в случае панпсихизма и пантеизма (материя вся обладает сознанием и неотделима от него) (Spinoza). Наконец, субъективный идеализм утверждает, что материи нет вовсе, и единственная реальность — реальность субъективная (реальность сознания) (Berkley).

Вопрос о существовании материи (и проверяемости её существования) затруднён неопределённостью самих понятий “существование” и “материя”. Значительная часть исторических дискуссий на эту тему есть спор о терминах. Даже философия Беркли, несмотря на свой фундаментальный вклад в развитие философской мысли, по сути, основана на переопределении понятия материи. Ведь Беркли не отрицает возможность существования чего-то вне человеческого сознания. Он лишь говорит, что наши ощущения – продукт деятельности Бога. Но в этом берклианский Бог мало отличается, например, от пантеистского Бога Спинозы. Оба существуют вне человеческого сознания, но оба с ним взаимодействуют, показывая картины реальности. “Карта” реальности со всеми её физическими законами в обоих случаях содержится в сознании Бога. Отличие лишь в том, что у Спинозы она совпадает с ним, а у Беркли – является частью. Именно потому теорию Спинозы называют нейтральным монизмом, а теорию Беркли – идеалистическим монизмом. И в обоих случаях материю можно так или иначе редуцировать к сознанию Бога, но вовсе не сознанию отдельного человека.

Более серьёзным вызовом идее существования материи можно считать позитивистскую программу переопределения понятия “существование”. Если Беркли переопределяет понятия имплицитно, то позитивисты открыто предлагают редуцировать проблему к языку. Они вводят принцип: “существовать – значит быть наблюдаемым”. Позитивизм не пытается опровергнуть существование материи в рамках имеющихся понятий. Напротив, он говорит, что понятия надо переопределить так, чтобы в них не было места для ненаблюдаемых сущностей. По мнению позитивистов, эти сущности прагматически бесполезны для деятельности наблюдателей.

В данной работе мы полемизируем именно с этой позитивистской позицией. Мы показываем, что представление о материи в классическом смысле (как имеющей ненаблюдаемые для отдельного человека степени свободы) прагматически оптимальнее. Оно даже более соответствует позитивистскому принципу экономии мышления (Avenarius 1876) чем идеи, что материи не существует, или что она существует лишь в форме комплексов ощущений (Mach 1900).

Наша аргументация основана на модели “познающего солиписта“ – теоретического существа, изначально не имеющего представления о материи и других существах, но имеющего достаточные интеллектуальные способности для анализа собственных ощущений, мыслей, воли и эмоций. Мы показываем, что на основе анализа собственных ощущений, данное существо может прийти к гипотезе, что вне его сознания есть какая-то ещё реальность (частично независимая от него). А центральным свойством этой реальности (благодаря которому её включение в систему мира прагматически полезно) является её временная локальность. И если определить материю в терминах временной локальности, то её существование становится не просто гипотезой, а многократно проверенным нами эмпирическим фактом.

Читать дальше

https://docs.google.com/document/d/1i_cfjN1r7lirEHH-ObQR-fsJ-LSyXTTR6m_jpdKlpzM

Чем плох гедонизм? Мой ответ на сайте thequestion.ru

Вопрос: чем плох гедонизм?
Автор вопроса: Natasha Kanaltseva
Разделы: социология, психология
Ссылка на оригинал: http://thequestion.ru/questions/33687/chem-ploh-gedonizm

Мой ответ

1. Что такое гедонизм


Гедонизм - одно из классических течений в аксиологии, известных ещё с античности. Гедонизм утверждает, что единственной конечной ценностью и целью любого поведения является получение удовольствия в широком смысле (счастья, радости, отсутствия страданий и т. д.). При этом, имеет значение как сиюминутное, так и будущее удовольствие. Родоначальником гедонизма считается Аристипп, хотя иногда его ошибочно приписывают авторству более позднего Эпикура. В Новое время идеи гедонизма были развиты философами Бентамом и Миллем, экономистами Парето, Менгером и Вальрасом, психологами Фехнером и Фрейдом. Основные философские аргументы в пользу гедонизма состоят в нашей способности оценивать любые два раздражителя или психологических состояния по однопараметрической шкале (нравится больше или меньше), и выбирать из них лучшее (или признавать, что они одинаково хороши). В 20 веке также появились нейрофизиологические данные в пользу гедонизма, показывающие, что искусственная стимуляция ощущения удовольствия (электричеством или химическими препаратами) способна радикально менять поведение любого животного включая человека, сделать его удовлетворённым любой ситуацией и прекратить пытаться её поменять.

2. Критика гедонизма

Как правило, в популярной культуре гедонизм критикуется без должного его понимания. Многие критики гедонизма приписывают ему стремление исключительно к "низменным", "животным" удовольствиям либо исключительно к сиюминутным удовольствиям. Эти критики ошибочно ассоциируют гедонизм исключительно с развратом и отказом от заботы о завтрашнем дне. Как правило, такие критики - это обыватели без особых знаний в данной области.

Более продвинутые критики гедонизма понимают, что он считает ценными не только "животные" и сиюминутные, но и "духовные" и отложенные удовольствия. Тем не менее, они считают аморальным сам факт количественного сравнения "духовных" и "животных" ценностей, сам факт постановки их "на одну доску". С их точки зрения, сама количественная оценка в этических вопросах является безнравственной, а истинно моральный вопрос им кажется неразрешимым. Как правило, такие критики - это приверженцы интуитивистской этики, отрицающие саму допустимость её логического анализа. Интересно, что сам гедонизм тоже аппелирует к субъективно-очевидным основаниям (то что удовольствие хорошо - дано в непосредственном опыте), но на большем уровне абстракции, чем интуитивизм (который готов канонизировать целую таблицу моральных норм в которых воспитан человек, и которые почему-то кажутся ему правильными).

Наконец, третья группа критиков гедонизма (которые, по моему мнению, единственно заслуживают внимания) говорят, что он не проверен как научная гипотеза. Исследования мозга хотя и частично пролили свет на механизмы удовольствия и мотивации, но единый универсальный механизм удовольствия до сих пор не выделен. Непонятно, какой именно параметр нервной системы однозначно определяет, что нам приятно а что неприятно. Есть способы, как вызывать определённые виды удовольствий (например, воздействуя на опиоидные мю-рецепторы) или неудовольствий (например, воздействуя на опиоидные каппа-рецепторы), но есть и такие классы состояний, которые до сих пор непонятно как получать. Например, остаётся загадкой механизм так называемого пикового состояния (состояния сильнейшего мыслимого счастья, при котором мир для наблюдателя "схлопывается" в одну точку, состоящую "из любви"). Пиковое состояние очень изредка случается при эпилепсии, инсульте и при приёме некоторых серотонинэргических психотропных препаратов, но чёткая методика его получения отсутствует, равно как и отсутствует физиологическое объяснение. С точки зрения третьей группы критиков гедонизма, сводимость всех приятных и неприятных состояний к единой шкале - ошибка, и на самом деле есть качественно разные виды состояний, которые ни физиологически ни психические сравнивать невозможно. Критики допускают, что некоторые состояния вовсе имеют сверхъестественную природу

Экспериментальные методы исследования соотношения материи и сознания. Ещё одна публикация

Этот год выдался у меня щедрым на публикации - принято три статьи в академические журналы (одна по физике и две по философии). На днях я выложил ссылку на статью о принципе удовольствия, а вчера подоспела очередная статья

Вот ссылка на неё http://philpapers.org/rec/ARGMAA-2

fig 1 120Название на английском

Experimental Methods for Unraveling the Mind-Body Problem: The Phenomenal Judgment Approach

Название и аннотация на русском

Экспериментальные методы исследования соотношения материи и сознания: подход феноменальных суждений

Предложен строгий подход к исследованию проблемы соотношения материи и сознания. Поскольку люди способны говорить о сознании (высказывать феноменальные суждения), в статье приводятся аргументы, что исследование нейромеханизмов феноменальных суждений способно решить "трудную проблему" (прим. перевода: "hard problem" - известное словосочетание Чалмерса) сознания. Предложены конкретные методы для: (1) верификации или фальсификации материализма,  (2) верификации или фальсификации интеракционизма, (3) фальсификации эпифеноменализма и параллелизма (верификация проблематична), (4) верификации конкретных материалистических теорий сознания, (5) нетьюринговского тестирования компьютера на сознание. Предложена комплексная исследовательская программа, включающая исследование искусственного интеллекта, численных моделей человека и теоретических  существ, языка, нейрокоррелятов сознания и квантовых механизмов в мозге

На рисунке: примеры возможных материальных и нематериальных механизмов феноменальных суждений в разных теориях сознания (человек может говорить о проблемах сознания от очень разных причин: рефлексируя над собственным сознанием, повторяя чужие идеи из книг, или даже озвучивая какие-то врождённые знания, возникшие в результате эволюции или божественного вмешательства)

Статья опубликована в Journal of Mind and Behavior (Vol. 35, Is. 1-2, P. 51-70, 2014) - классическом журнале, который сегодня имеет не слишком большой индекс цитируемости, но сохраняет респектабельность и отражён во всех основных базах от индекса Scopus до архива PhilPapers. Это действительно серьёзный журнал с долгим процессом рецензирования и редактирования (как и в прошлой статье, в этой мне сильно правили язык и частично стиль аргументации), не занимающийся накрутками импакта ради импакта. В частности, именно в этом журнале Элитцур в 1989 году опубликовал работу о феноменальных суждениях как аргументе против эпифеноменализма. То есть именно в нём впервые (насколько мне известно) было чётко заявлено, что, поскольку человек способен говорить о сознании и его свойствах (писать книги, создавать религии и философские школы), то нельзя описать материальный мир так, как если бы сознания не было. Даже если сознание никак не влияет на события в материальном мире, в мире есть, как минимум, информация о нём. И надо объяснить, откуда она взялась. Этот простой, и вместе с тем, неожиданный, факт, имеет чрезвычайную ценность для исследования сознания. На мой взгляд, это одно из важнейших открытий в философии сознания 20 века.

Феноменальные суждения - главная объективная ниточка к сознанию, по которой можно постараться прийти к нему и увидеть, как оно устроено. Однако, на этом пути легко скатиться в чрезмерные упрощения и получить не совсем тот результат. На первый взгляд, из аргумента феноменальных суждений напрашиваются очень простые выводы:

  • Раз мы способны говорить о сознании, значит сознание влияет на объективную реальность, какую бы природу оно не имело, и потому эпифеноменализм неверен

  • Чтобы проверить любое существо на наличие сознания, не надо как-то хитро анализировать его поведение и манипулировать - достаточно прямо спросить его об этом (пример такой ситуации я описал в своей опере "2032: легенда о несбывшемся грядущем").

  • Философские зомби невозможны, так как не обладая сознанием, они не смогут говорить о нём - и, таким образом, выдадут себя

Именно в таком упрощённом ключе выдержаны основные работы авторов, которые продолжали идеи Элитцура - например, Вальдмана (1997) и Рудда (2000). Но никто из них не построил единой методологической системы на основе аргумента. И хотя их работы всё равно ценны самой попыткой сделать выводы из наличия феноменальных суждений, они не произвели должного впечатления на философское сообщество, так как выводы претенциозны, а аргументация слабовата (хотя и указывает в правильном направлении). Увы, философское сообщество вообще консервативно и склонно к презумпции неразрешимости многих проблем. И если кто-то сказал, что нашёл гениальный аргумент, который легко разрешает "вечные" проблемы, но допускает ошибку в его использовании - они скорее склоняются к тому, что сам аргумент не заслуживает внимания. Тогда как на самом деле аргумент феноменальных суждений (ФС) действительно гениален, просто применять его надо более осторожно. Я сам, независимо от Элитцура, открыл его ещё в начале 2000-х годов и долго анализировал его сферы применимости. Я постарался пойти дальше указанных авторов, и более строго определить выводы из него. Эти выводы оказались менее тривиальны, чем может показаться на первых взгляд.

  • Наличие ФС не опровергает эпифеноменализм целиком, но маргинализирует его и отсекает наиболее бескомпромиссную форму (что материальный мир можно описать, игнорируя наличие сознания).

  • Наличие ФС не исключает возможность зомби - но требует, чтобы у них откуда-то было знание (хотя бы прочитанное из книг) о проблеме сознания

  • Наличие ФС не позволяет выявить наличие сознания у любого компьютера, просто поговорив с ним об этом - но допускает это, если дополнительно известно, что компьютер не имел ранее знакомства с философской литературой и мнениями других людей по проблеме сознания (именно при соблюдении такого условия получается реально хороший нетьюринговский тест на сознание, о котором я в 2011 году рассказывал на конференции в Швеции и писал в газете Взгляд

Не будет большим преувеличением сказать, что эта моя статья - мой главный интеллектуальный результат за прошедшее время. Самое важное, что я сделал для науки и философии к настоящему моменту. Почему я так считаю?

Мои исследования по физике посвящены очень частным вопросам. Некоторых из них - манипуляция красивыми графиками, не имеющая особой ценности, а лишь подтверждающая факт "солидного профессионального исследования". Некоторые более серьёзны и действительно рассказывают о новых эффектах, но и их инженерные приложения  узки. Эти результаты имеют ценность в первую очередь для коллег, разбирающихся в вопросе

Мои философские работы более претенциозны. Но у большинства из них есть свои другие недостатки. Например, статья про нейрокоррелят сознания в одном электроне (2012) хотя и предлагает по-настоящему радикальную гипотезу (подтверждение которой было бы реальной революцией), но реально в первую очередь приводит пример, какой контрынтуитивной в принципе может оказаться теория сознания. Я не сильно верю, что одноэлектронная гипотеза реально окажется верной, и у меня с момента публикации накопились дополнительные контраргументы против неё. Две статьи про принцип удовольствия (2008 и 2014) описывают вещи, в которых я уверен гораздо сильнее, но степень их новаторства ниже. Ни принцип удовольствия, ни даже программирование потребностей не являются новыми идеями. Я лишь привёл их в порядок и сделал акценты на вопросах, на которые авторы обычно не обращают внимания. В конце концов, футурология, какой бы серьёзной и новаторской она не была - это догадки, а не строгие прогнозы

В отличие от перечисленных работ, работа "Experimental Methods for Unraveling the Mind-Body Problem..." не только посвящена чрезвычайно важному вопросу, но и содержит уверенно обоснованные результаты. Я не претендую на доказательство какой-то конкретной теории сознания, но предлагаю методы, как такие теории можно проверять. В работе предлагается 5 конкретных методов/подходов, которые могли бы подтвердить или отсечь отдельные гипотезы о сознании. Фактически, основное назначение работы -  опровергнуть расхожий (среди как обывателей, так и многих философов) миф, что сознание как-то особо трансцендентно сокрыто даже от теоретического анализа, внутренне парадоксально, противоречиво и т. д. Я показываю, что независимо от того, материально сознание или нет (можно ли его состояние полноценно считывать и конструировать приборами), саму степень его познаваемости можно исследовать. И если даже сознание частично непознаваемо, то можно выявить, какие конкретно его свойства и составляющие сокрыты от материального исследования.